Солнечный человек: как бывший крымчанин стал энергетически независимым

10518946-летний Александр Андрусенко не считает себя переселенцем в социальном смысле и не полагается на помощь государства: после оккупации Крыма он приобрел дом на окраине Полтавы и переехал сюда вместе со своей семьей.
Более того, создав на новом месте солнечную электростанцию, обеспечил себе энергетическую независимость.
С 1986 коренной крымчанин Александр Андрусенко пишет песни. В свое время имел даже свою группу, в котором был солистом, пока не заболел астмой.

И песенного творчества не покинул, хотя сейчас она дается ему очень нелегко. Сам снимает и видеоклипы.
Сначала была надежда, что Крым останется украинским

– Многие думают: Крым захватили том, что все там Путина поддерживают. На самом деле, это далеко не так. Вот слышите, на последнем звонке в Ялте «врубили» российский гимн, а школьники тем временем поют украинский. А вот это наши акции протеста – как видите, на плакатах написано: «Не хочу жить в России». Оккупанты уже хозяйничали на полуострове полным ходом, и в это время даже бабушки выходили на улицу с плакатами: «Братья, вон из Крыма!», – Это Александр комментирует клип на свою песню «Когда меня убьют свои», которая во время тех трагических для Украины событий прозвучала на радио «Эра» в программе Андрея Куликова «Время года».
Сейчас Александр принципиально пишет песни только на украинском языке. Записи выставляет на «Ютубе», где имеет много просмотров. Хотя вообще из-за астмы может спеть от силы две строки, а потом все эти отрывки «склеивает» – в таких муках рождается песня.
«Когда песни плещут через край, тебя не остановят никакие препятствия, – уверяет мужчина. – К сожалению, в Украине мало хорошего украиноязычной «попсы». Мелодика же украинского языка отличается от мелодики русской. Когда начинаю придумывать мелодию в строки, написанные на украинском, и музыка ложится иначе. Мне это очень интересно ».
Тема оккупации Крыма очень болезненная для семьи Андрусенко. Александр и его жена Оксана пустили в Крыму корни: родили двух сыновей, имели упорядоченную «сталинку» в центре Симферополя, несколько других объектов недвижимости.
Александр имел свою небольшую фирму по ремонту компьютеров, заработка на жизнь хватало. Нравилась и свобода, независимость от государства.
Когда же встал вопрос о Родине и предательство, здесь уже Андрусенко пришлось выбирать. Все, что наживали годами, в один момент пришлось покинуть, потому что продать в ту пору было невозможно. Поэтому написали доверенность на пользование частью недвижимости, а остальную часть просто оставили – и что с ней делать, до сих пор не понятно.
– Сначала у меня была надежда, что полуостров останется украинским, – признается Александр. – Во время февральских событий у стен Верховной Рады Крыма собралось немало патриотов Украины. Присутствовали и члены «Русского единства» – мы еще имели с ними столкновения. Я тогда, честно говоря, думал, что победа будет за нами – такие у меня были ощущения. Но потом что-то произошло … До сих пор не знаю, что именно. И уже на следующий день власть захватила Россия. Возможно, когда-то все это раскроется.
Есть вопрос к Александру Турчинова: почему не было приказа войскам защищаться? Чтобы поддержать наших военных, мы приносили им еду. На ту пору им поступил наказ здаты оружие и они вынуждены были вооружаться деревянными палками. А полуостров вплоть кишел ссыльными казачками и постоянно пьяной местной самообороной, которую формировал Сергей Аксенов – нынешний правитель Крыма (хорошо помню его в 90-е годы: уже в ту пору он был довольно известной фигурой – вместе с «братками» « отжимал »деньги у местного бизнеса).
Так вот, наши военные ждали приказа защищаться, а им говорили: ждите, мол, держитесь. А потом, когда начали выводить подразделения украинской армии, стало понятно, что это все … Государство не защитила своих граждан. Я тогда не мог сдержать слез. Однако многим крымчанам как якобы в голове что-то переключили: они выступали за Россию, за Путина. Поэтому жить там, помня о том, что ты гражданин Украины, в окружении «ватников» стало просто невозможно. И опасно.
Его дедушка с бабушкой – русские, переселенцы из Кировской области, которые приехали на полуостров после депортации крымских татар, – проживали в 15 километрах от Симферополя, поэтому, гостя в них, Александр с детства слышал эти разговоры: вот, мол, Хрущев кое-какой – подарил Крым Украине. С этим поколением было все понятно.
Полуостров пидживив русский псевдопатриотичнисть

– Но почему люди моего поколения с восторгом восприняли приход русских? – Не может понять человек. – Мы читали одни и те же книги, слушали одну музыку, и тут вдруг оказалось, что у нас кардинально противоположные взгляды на жизнь, на события, которые происходят. Помню, когда начали возвращаться татары, пророссийски настроены силы распространяли слухи: вот, мол, придут эти коренные жители, горло всем перережут.
Затем, когда на выборы шел «Движение» во главе с Вячеславом Чорновилом, так же начали пугать: от придут, мол, Украинцы, снесут ваши памятники, запретят русский язык. После Оранжевой революции представители всех этих бандитских формирований «Русское движение Крыма», «Русская община Крыма» и др получили депутатские значки.
К тому же не забывайте, что на полуострове всегда присутствовала рука России Юрий Лужков строил дома для военных Черноморского флота, открывал школы. Зато политики Украины по Крыму вообще не было никакой. И когда Янукович продлил на значительный срок пребывания российского флота в Крыму, я был просто шокирован таким решением.
Полгода Андрусенко прожил в Крыму уже при его оккупации. Рассказывает, что патриоты Украины и за российской власти собирались на протестные акции. К местам их проведения стягивались войска ОМОНа, вооруженные российские десантники.
– Они смотрели на нас и не могли понять: как же так, мол, им запретили выходить на улицу, а они посмели ослушаться. И такая пропасть была между ними и нами. К тому же произошло четкое разделение и между своими: люди, которых еще вчера считал близкими, вдруг стали относиться враждебно – стало невозможно общаться с ними. А еще был постоянный прессинг. Многие мои друзья уехали: режиссер Наталья Меньшикова – во Львов, Галина Джикаева (у нее свой театр) – в Киев.
После того, как арестовали режиссера Олега Сенцова, многих людей стали вызывать на разговор ФСБшники. Мы были знакомы с Сенцов: в сентябре 2013 года он собирался снимать свой второй фильм, и я предложил ему за возможности использовать где как фон мои песни.
Кроме всего, выполняя свой гражданский долг, я высказывал свое несогласие с оккупацией Крыма. Вот в таких условиях и созрело решение покинуть полуостров. Большую роль в этом сыграла жена Оксана. Она госслужащий, работала в Главном управлении статистики Крыма. Ей предлагали остаться, даже надбавки российские обещали.
Однако жена сказала мне: «Саша, я так не могу. Я присягал на верность народу Украины ». Вот так и созрело общее решение уехать. Как для меня, так и для Оксаны очень важно жить в гармонии с миром, что нас окружает. Свое Отечество нужно любить. Даже здесь многие спрашивают, почему я уехал. Отвечаю: вы, мол, Родины не теряли, поэтому вряд ли поймете.
– У вас нет такого ощущения, что когда вернетесь домой?
– Думаю об этом довольно часто. Не скрою, мне бы этого хотелось. В то же время спрашиваю себя: даже если ситуация изменится, как ты будешь жить рядом с теми людьми, которые предали Родину? Уверен: если бы Крым остался в составе Украины, не было бы горячих событий на Донбассе. Именно Крым пидживив русский псевдопатриотичнисть, – рассуждает мой собеседник.
Вспоминает, как проблематично выехать из оккупированной территории. В одном месте российский блокпост стоял, в другом – вооруженные представители аксьоновськои самообороны, в которых ни формы, ни документов. Вот они останавливают тебя, и ты думаешь: затормозить или, наоборот, нажать на газ и быстрее исчезнуть. По словам Александра, было действительно страшно.
Статуса переселенца крымчанин сознательно не получал. Поясняет: «Переписываясь со многими переселенцами, я не встретил ни одного, кому бы Украинское государство реально помогла с жильем или работой. У меня не было иллюзий относительно нашего государства, поэтому рассчитывал только на себя – я привык так жить ».
Супруги Андрусенко с двумя сыновьями поселился в частном доме на Красном Пути (окраина Полтавы). Александр отмечает: Полтаву выбрали потому, что на тот момент, когда искали подходящее жилье, здесь из всех областных центров оно было дешевым.
Излишки солнечной энергии мог бы продавать

– Мы приезжали сюда трижды – рассматривали различные предложения по жилью, приценивались, – рассказывает Александр, закуривая. – Думаю, мы могли бы осесть, скажем, и в Миргороде. Однако помог случай: договорились с риэлтором посмотреть варианты жилья, однако так получилось, что приехали в Полтаву в пятницу поздно вечером.
У нас было немного денег – на отель мы не рассчитывали. Кто-то посоветовал обратиться на вокзале в центр для переселенцев, однако там заявили: приходите, мол, после выходных.
Ситуация была безвыходной. И здесь на вокзале мы познакомились с женщиной, которая, услышав о нашей проблеме, пригласила к себе переночевать.
Это перевернуло мою душу, и я сказал жене: все, остаемся в Полтаве. Не знаю, что это было: провидение Господне,-то еще. Но именно тогда, когда мне нужна была помощь от государства, помогли простые люди. Я и в своих гражданских правах сам себя восстановил – без государства: могу голосовать, взять кредит в банке – много того, чего переселенцы не могут. Но обидно, что для этого мне пришлось приобрести дом.
Когда Александр переезжал, уже тогда знал, что на новом месте строить солнечную электростанцию. И как только сделал ремонт внутри дома (для него было важно, чтобы семья встретила Новый год в отремонтированном жилье), установил первые четыре солнечные панели.
Сейчас их уже 38. Возможно, было бы и больше. Однако Андрусенко умудряются еще и помогать нашим бойцам на фронте. Поэтому Александр и крыша не достроил, соответственно, не смог установить на нем солнечные панели – решил сварить металлическую конструкцию и разместить их над забором.
Кроме всего, этот способ был дешевле. Солнечная электростанция обеспечивает семьи Андрусенко полную энергетическую независимость: в холодное время года ее мощности хватает при потреблении 500 кВт электроэнергии в месяц.
В доме есть газовый котел, однако в этом году Александр газом не пользуется – отапливает свой дом инверторный кондиционер автоматически включаются при низкой температуре за окном (а всего работают даже при температуре воздуха минус 25-35 градусов).
Что еще важно: на киловатт потребленной электроэнергии они производят четыре киловатта тепловой энергии. То есть даже если вы не имеете солнечных панелей, пользоваться современными инверторный кондиционер выгоднее, чем газовым котлом.
Кстати, субсидии от государства Александр Андрусенко и в худшие времена не оформлял, так как считает, что людям нужно дать возможность платить по счетам: скажем, предоставить беспроцентные кредиты – и тогда Украинцы сами начнут строить солнечные станции.
Это инвестиция и в собственную энергонезависимость, и в энергетическую независимость государства. Сейчас в домохозяйствах Украины насчитывается примерно полтысячи небольших солнечных станций, и их количество все время растет.
– Но соорудить вот такую, как у вас, солнечную станцию – дорогое удовольствие.
– На самом деле это не так уж и дорого, – улыбается Александр, – в среднем можно выйти на цену подержанного автомобиля. Скажем, вот такая, как у меня, 10-киловаттная станция обойдется в 10-12 тысяч долларов.
При солнечной погоде ее отдача – примерно 50 кВт электроэнергии в день, а значит, полторы тысячи киловатт в месяц. 500 кВт, как я уже говорил, потребляем сами, а тысячу я готов продавать государству.
Итак, мой месячный доход должен составлять примерно 200 долларов. Это вполне возможно: все законы для этого приняты, после Майдана к ним внесены и поправки, существенно упрощают систему подключения индивидуальных солнечных станций с целью продажи электроэнергии.
Но на практике все не так просто. Потому облэнерго, по словам Александра, – это тот советский анахронизм, где практически ничего не меняется. На оформление договорных отношений с монополистом прогрессивный человек планировал, как предусматривает закон, потратить месяц.
Однако прошло уже полгода с момента подачи заявления, а конца затягивания не видно: два раза в неделю приходится кому-то звонить, раз в неделю писать гневное письмо, на который никто не реагирует, – вот так монополист строит отношения с заказчиками услуг, принимая заранее, до Кстати, немалые деньги.
– Если бы эпопея с «Полтаваоблэнерго» закончилась, я бы мог уже три месяца получать прибыль. В свою очередь, должен стимул покупать и устанавливать новые солнечные панели. Мое кредо: нужно двигаться вперед. Потому что если ничего не делать – скучно жить. Очень важно самому строить свою жизнь.
Если каждый будет независимым от государства, наша страна станет от этого только крепче, мощнее, – считает Александр Андрусенко.
А ТЕМ ВРЕМЕНЕМ …

Когда уже был готов материал, Александр Андрусенко сообщил радостную новость: он наконец подписывает договор с «Полтаваоблэнерго» о продаже энергии от солнца.