Боец полка «Миротворец» Сергей Федоренко: Не путайте патрульную полицию и полицию особого назначения

Побывав возле линии фронта в расположении полка полиции особого назначения «Миротворец», корреспондент портала «Моя Киевщина» пообщался с бойцом подразделения Сергеем Федоренко. Он рассказал об особенностях службы в прифронтовой зоне, ее отличия от работы на мирной территории. Также не обошли мы и вопросов о быте бойцов

— Расскажите о себе и об особенностях Вашей работы в зоне проведения антитеррористической операции.

— Я – командир пятой роты патрульной службы полка полиции особого назначения «Миротворец» Главного управления Киевской области. Что же до работы, то главной задачей у нас является несение службы на блокпостах. В частности, проверяем документы. Стоит отметить, что через некоторые блокпосте очень часто проходят автобусы из Москвы, Санкт-Петербурга, Ростова-на-Дону. Мы отсеиваем людей, которые находятся в розыске за различные преступления, работая по орієнтировкам райотделов. Например, недавно появилась ориентировка о том, что четверо лиц кавказской национальности мошенническим путем завладели скотом. Уже через полчаса мы остановили транспортное средство с этими персонажами, вызвали опергруппу из райотдела, люди были задержаны.

— Насколько велики полномочия у патрульного на блокпосту? Есть какой-то спец режим, что он может ухаживать, а что – нет?

— В целях безопасности наших работников, которые проводят осмотры, все дверцы, багажник, все открывает водитель на просьбу сотрудника полиции. Опять же, стоит понимать, что никто из наших бойцов руку в сумку никогда не засунет. Пожалуйста: вы – владелец, это ваша сумка. На самом деле, мы даже дверь не имеем права открывать. Но попросить мы можем. А просить и убеждать мы умеем. Специфика только в том, что мы все же находимся в зоне проведения АТО. Мы всегда друг друга подстраховываем, помогаем, особенно при большом наплыве автотранспорта.

— Сейчас активно распространяются слухи о том, что на всех блокпостах и военные, и полицейские и все, кто только может, «крышуют» — то, берут взятки. По всей Украине даже распространяются слухи о том, что дань платят те, кто ездят. Понятно, почему это делается, но такой вопрос: какие есть предохранители, чтобы работники на блокпостах не брали взятки? И за что им платить?

— Начнем с того, что люди, которые находятся здесь с 2014 года – добровольцы. Здесь нет таких, которых заставили, затащили. Все зависит от человека. Здесь люди принципиальные, какие взятки? Хотя бывает, едет водитель с лесоматериалами, не имеет соответствующих документов, начинает что-то «решать». Но у нас эти моменты даже не обсуждаются: машину в сторону, рапорт оформили, оперативную группу вызвали – и все…

Боец «Миротворца» — на блокпосте

— Также ходят слухи, что блокпосты в зоне АТО в таком количестве не нужны. На ваш взгляд, что будет, если, предположим, убрать эти блокпосты?

— Это делать ни в коем случае нельзя, ибо тогда начнется хаос! Я вам объясню. Едет автобус, там их спрашивают: «Вас на предыдущем блокпосту проверяли?». Ответ: «Конечно проверяли». Но их все равно дополнительно проверят! И если ты на своем блокпосту где-то что-то недосмотрел, то в любом случае на втором или третьем блокпосте, все обязательно обнаружат.

— Для тех кто несет службу здесь, это – элемент карьерной лесенки или пробуксовка в карьере? Вот представим себе: человек пошла в Нацполіцію, у нее есть свои представления о службе, о карьере, а ее закинули на блокпост. Человек, например, думала что идет защищать Родину, ловить сепаратистов, наводить реальный порядок, а надо сидеть на месте…

— А здесь то же самое! Не путайте, пожалуйста, патрульную полицию и полицию особого назначения, к которой относимся мы. У нас немного разные функции. Я, например, вообще в полиции с 1993 года, и всю жизнь проработал на оперативной работе в налоговой полиции. То есть в патрульной службе, я никогда не служил. В 2014 году я уволился из налоговой и пошел добровольцем на фронт. Для меня было несколько необычно: я – в звании подполковника, имею экономическое образование. Но тем не менее здесь, у меня даже не сломался никакой стереотип, ничего. То что я выполнял на «гражданке» — боролся с экономическими преступлениями в стране – сейчас я делаю прямо здесь!

Я понимаю, что вы говорите. Но – нет, я не «сломался». Когда молодой 20-ти летний парень приходит и говорит: «я хочу на фронт» — это одно. Я же прекрасно понимаю, что здесь такой же фронт. Внутри страны – еще хуже, чем на «передке».

Стопочка российских паспортов на нашем блокпосте

— Как вы считаете, важно сотрудникам полиции, которые находятся в «тылу», побывать здесь? И насколько эта практика сегодня используется?

— Конечно, сотрудникам полиции стоит побывать здесь! По моему мнению, конечно нужно сюда привлекать людей. Здесь ребята приобретают бесценный опыт. Когда наши ребята ездят в патрули с патрульной полицией, то патрульные учатся у нас.

— Вы этот опыт отработали сами были инструкторы?

— Мы здесь с 2014 года. Какие инструкторы? Все учились на своих ошибках.

— Есть ли сейчас какие-то проблемы с материальным или техническим обеспечением ? Возможно не хватает транспортов, экипировки, оружия?

— Вот чего-чего, а оружия точно хватает (смеется). А в целом все есть. Это уже не то, что было в 2014-2015 годах, когда ничего не хватало и все держалось на волонтерах и мирных жителях.

— А как у Вас тут с медициной?

— У нас здесь есть свой госпиталь. Бывали случаи, когда морозы были за 35 градусов, и ребята уши простуджували. Ездили в госпиталь в Северодонецке. Все возвращались довольные: никаких препаратов они не покупали, было полное обеспечение.

— В случае каких-то неприятных неожиданностей или обострений, как будет действовать «Миротворец»? Ведь полк «Миротворец» сильнее подготовлен, чем большинство подразделений полиции, не так ли?

— Совершенно верно. В 2015 году 4 добровольческие батальоны слились в один полк «Миротворец». И все батальоны прошли горячие точки, все были на передовой. То есть здесь случайных людей нет, и поэтому каждый знает свое место. Но что мы будем делать в случае обострений, я, честно говоря, не имею право рассказывать.

— А если общими фразами? Вы – ударная сила?..

— Особенно ударной, тяжелой техники у нас нет. Но что касается разведки и диверсионных действий, то здесь мы можем действовать эффективно. Но все зависит от той задачи, которую нам поставит штаб АТО если, не дай Бог, что случится.

— У нас традиционно все привыкли что «заграница нам поможет». Сейчас модно, чтобы в наши части приезжали инструкторы и консультанты с Запада…есть Ли потребность в иностранных консультантах, или военных по тактике?

— Перед нашим выездом в зону АТО к нам приехал инструктор из Италии, который проводил занятия по тактике (речь идет о инструктора Массімілано Прімона, который учил бойцов болку тактическим действиям– Ред.), то он сказал так: «Более подготовленных чем «Миротворец», я еще нигде не видел». То есть он понимает, насколько все четко, слаженно. Поэтому я считаю, что инструктаж всегда нужен: инструктор нам что-то покажет, и у нас чему-то научится.

— Во многих странах мира, в разные времена, военные и, в частности, правоохранители – это всегда была среда, где люди могли себя проявить, здесь формировалась элита. Есть ли в «Миротворцы» условия для того, чтобы человек мог себя проявить?

— Некоторые люди, с которыми я проходил службу в 2014 году проходили службу, стали бизнесменами. Есть такие, с которыми я до сих пор поддерживаем связь, и они помогают нам, парням, семьям раненых. Если же человек чувствует, что он действительно может, например, находиться на политической арене, то почему бы и нет?..

Беседу вел Владимир Гайдамачук, «Моя Киевщина»