Блокадная эпопея «жемчужины у моря»

Далеко не каждый правильно ответит на простой вопрос: от кого защищали Одессу в 1941 году? Обычно отвечают, что от немцев или в лучшем случае фашистов, которыми называли последователей Муссолини, а сторонники Гитлера были нацистами. И гитлеровские войска в то время под «жемчужиной у моря» фактически не воевали, потому Одесская, значительная часть Николаевщины и юг Винницкой входили в румынской зоны оккупации.

10-2(3)
Дневник начальника штаба сухопутных войск Германии Гальдера свидетельствует, что в Берлине в начале обороны Одессы больше болели за защитников города, чем союзников-румын. Мотивы были сугубо прагматичными, потому гитлеровцы надеялись, что сосредоточены здесь части Красной армии полностью уничтожат и они уже не вернутся на германо-советский фронт.

Захваченные у румын пушки, которые провезли по улицам Одессы, показали, что плохо вооруженные защитники города научились громить гораздо более многочисленного врага.
Захваченные у румын пушки, которые провезли по улицам Одессы, показали, что плохо вооруженные защитники города научились громить гораздо более многочисленного врага.

Однако высшее военное руководство СССР планировало перенести боевые действия на территорию Румынии, а потому порт Одессы должен был стать стратегической базой поставок в будущем наступлении. Однако до 5 августа, когда началась оборона города, надежды на победную войну «малой кровью на чужой территории» не оправдались. После эвакуации из Одессы крупнейших промышленных предприятий и выхода 13 августа вражеских войск вблизи Коблево на Черноморское побережье в содержании фактически блокированного города «любой ценой», как требовали директивы Ставки, уже не было особой необходимости.

Это подтверждает даже то, что до середины сентября в Одессу не отправили никакой дополнительной советской дивизии. Поэтому руководителей обороны обязали опираться исключительно на «силы местного населения, средства и возможности города». Его защитникам противостояли сначала 8 пехотных дивизий и две кавалерийские бригады румын, а впоследствии уже 18 дивизий.

Конечно, огромный вклад в оборону города сделал Черноморский флот. Корабли днем ​​и ночью вели артиллерийский огонь по противнику, отряды моряков-добровольцев доставляли морским путем из Севастополя в Одессу. Однако двум пехотным и одной кавалерийской дивизиям катастрофически не хватало личного состава. Поэтому сначала на замену убитым и раненым становились матросы и бойцы тыловых подразделений, дислоцировались в городе, а впоследствии главным источником пополнений стали ополченцы. Именно из них в начале сентября сформирован 421-ю стрелковую дивизию, которая, не имея собственной артиллерии, противостояла врагу.

Одесситам и матросам-черноморцам, что как обычная пехота шли в бой, не хватало мужества. И катастрофически не хватало обычной стрелкового оружия, которой, в отличие от патронов и снарядов, не было в нужных объемах на флотских складах в Севастополе. Сейчас уже широко известно об одесских самодельные танки НИ ( «На испуг»), изготовленные из обшитых стальными листами гусеничных тракторов. Мало кто знает, что даже гранаты в Одессе были из консервных банок, обмотанных слоем трехмиллиметровый проволоки, а в окопах стояли полторы сотни самодельных мортир, стрелявших на расстояние до 200 метров зарядом из мелкого металлолома и камней.

Но самое страшное, что в бой часто приходилось идти с пустыми руками. В одесском полка народного ополчения, на базе которого впоследствии сформировали 421-ю стрелковую дивизию, только половина из полутора тысяч бойцов имели винтовки.

Ситуация не изменилась к лучшему, даже если в Одессу стали присылать пополнение из «большой земли». Мобилизованных привозили без оружия, они не имели навыков пользования ею. Обучение ограничивалось тем, что на привалах по дороге из порта на передовую бойцам рассказывали и показывали, как стрелять из винтовки и пользоваться одесскими гранатами.

Образцом героизма и жертвенности стал бой более двух сотен шахтеров из Донбасса, которых, вооружив саперными лопатками, кинжалами и гранатами кустарного производства, бросили в бой, чтобы не дать врагу захватить крупнокалиберное стационарную артиллерийскую батарею береговой обороны. Вряд ли кто-то рискнет утверждать, что их подвиг был бесполезным. И грех и стыд, что никто не знает имен этих героев, родным которых отправили НЕ похоронки, а сообщение о тех, кто пропал без вести.

Еще хуже было налажено учет ополченцев и мобилизованных одесситов, в результате чего официально считается, что в Одесской оборонительной операции погибли лишь 16,5 тысячи бойцов и моряков, а потери врага, атаковал, составляли 160 000 человек.