Алексей Голобуцкий (политолог): Кому завидуют дети в Морозівській школе по мнению директрисы Чіхман

На этих фото – история семьи. В Морозовке под Киевом был папа Денис и мама Юлия, были у них двое мальчиков – Илья и Кирилл. А потом пришла война, папа Денис Попович надел камуфляж, уехал на фронт – и отдал жизнь, спасая нас от оккупации и собратьев от смерти. Остались только мама Юлия и Илья с Кирилком, тогда им было 7 и 5 лет. Именем героического гранатометчика назвали школу в Морозовке. А потом Кирилл пошел в школу. И военный комиссар, відпроваджував папу на фронт, пришел к мальчика Кирилла – потому что у Кирилла больше нет папы, который приведет его за руку на 1 сентября, папу забрала война.

Комиссар пришел, чтобы поблагодарить за подвиг папы и подарить безделушки до школы (потому что для сирот и вдов бойцов нет «мелочей» — им нужна маленькая помощь, но важнее – внимание и память). Но директор Морозовского НПО имени Дениса Поповича, Виктория Николаевна Чіхман, не позволила ни поздравить мальчика Кирилла, ни торжественно вручить подарки сироте от военных – как знак, что подвиг его папы не забыт, и сына героя не оставят без поддержки и защиты.

Аргументов директор (пока директор, надеюсь; очень ненадолго директор) привела два:

— якобы она не может допустить официальное лицо на линейку, ибо то общее распоряжение по МОН, «без официальных лиц и речей»;

— «Другие дети будут завидовать». Это цитата. Да, она так и сказала про подарок от військкомата сироте – «дети будут завидовать». Погибшему тату будут завидовать?! Сиротству будут завидовать?!! Вдовиній судьбы, копейкам соцвыплат, в зависимости от поддержки «будут завидовать»?!! Ах ты ж ***!!!

В результате белокурый мальчик, которого уже никогда не поднимет высоко-высоко над всеми смелый и улыбчивый папа, тихо и печально слушал слова благодарности полковника Александра Лысенко за углом школы, подальше от людских глаз. «Чтобы никто не завидовал».

А на линейке тем временем торжественно вручал подарки другим детям бородатый мужик в длинном платье и золотой бижутерии. И встречали с караваями кого-то там из райадминистрации. Потому что они не в камуфляже. И не до сироты бойца. Им можно. К них в (экс-?) директора Чіхман никаких претензий.

Так вот. Я очень хочу, чтобы эта «директор», а заодно ее завуч и остальные педколлектива, в которых в одной бюрви не стало совести и зову сердца наставника защитить сироту, в одной не стало педагогического понимания и таланта самым поблагодарить Илье за подвиг его отца и рассказать детям, какой то высокий чин – отдать жизнь за родную землю!.. Итак – я очень хочу, чтобы они больше на пушечный выстрел не приблизились к ни одного ребенка! Чтобы их не приняли общественным туалетом управлять уже никогда в жизни! И меня искренне не интересует, как они будут выживать и что есть. Ибо есть священный долг учителя. Есть гражданская сознательность. Есть совесть, в конце концов. И нет, «христианской морали» нет – потому что они такое вытворили собственно как христианки, и счастливо улыбались попу при том. Который также ничего неправильного в ситуации не увидел, а дальше гордо стоял при микрофоне.

Можете считать это чрезмерной жестокостью. Или отсутствием терпимости к людям. Но у каждого есть предел. И вот – за моей гранью понимания, терпения и чего.